Возлюбленные мои Братия и Сёстры во Христе!
Сегодня я хочу обратиться к вам с проповедью, в которой нам предстоит обсудить то, что касается каждого из нас. Боюсь, сегодня мне придется нарушить привычную тишину этих святых стен и затронуть темы, которые долгие годы оставались за кадром благочестивых бесед. Мы поговорим о самом конце земного пути человека, о том, как мы провожаем усопших в последний путь, и о том, почему важнейшие для верующего вопросы так часто подменяются пустыми страхами и, как ни горько это признать, корыстными интересами. Разговор пойдет о погребении и кремации, о том, что на самом деле стоит за церковными запретами и что говорит нам об этом Слово Божие.
Многие из вас слышали грозные речи о том, что кремация — это тяжкий грех, что сожжение тела закрывает человеку путь к вечной жизни, что Всевышний не сможет собрать развеянный прах для Страшного Суда. Часто можно услышать и цитату из Писания, которая приводится как главный аргумент: «Не знаете ли, что тела ваши суть храм живущего в вас Святого Духа?» (1-е Коринфянам 6:19). Но так ли мы понимаем эти слова? Разве может всемогущий Бог, создавший из праха земного целую вселенную, столкнуться с непреодолимой трудностью из-за того, что тело было предано огню, а не тлению в сырой земле? Вдумаемся: для Господа нет разницы — рассыпалось ли тело на молекулы в почве или превратилось в пепел в пламени. И пророк Исаия, и Даниил прямо возвещали нам, что «многие из спящих в прахе земли пробудятся» (Даниил 12:2), а вовсе не те, кто сохранил свои бренные останки нетронуными. И сам апостол Павел говорит: «Сеется в тлении, восстает в нетлении; сеется в уничижении, восстает в славе» (1-е Коринфянам 15:42-43). Здесь нет ни слова о способе погребения — здесь говорится о силе Божией, которая преображает всё.
Можно ли, имея такую веру, всерьез утверждать, что если человек сгорел при пожаре, то его душа обречена на скитания? Это ли не бред, достойный самых темных языческих суеверий? Неужели мы верим в Бога, который бессилен перед пламенем? Или в Бога, которому нужны наши указания, из какого именно праха ему воскрешать человека — из того, что был полит дождем на кладбище, или из того, что был развеян ветром? Такая ВЕРА недостойна ХРИСТИАНИНА. Ибо сказано: «И не бойтесь убивающих тело, души же не могущих убить» (Матфея 10:28). Так почему же мы трепещем перед пеплом, забывая о бессмертном духе, который возвращается к Создателю? Истинно говорю вам: ни кремация, ни даже полное уничтожение тела не могут стать препятствием для воли Творца, для Которого «ожить — значит преобразиться».
Но если все так просто и ясно, почему же вокруг кремации столько споров, страхов и строгих запретов? Почему в документах нашей Церкви это называется «не нормой христианского погребения»? Смиренно вглядимся в эту проблему без гнева и пристрастия. Священное Писание действительно не содержит прямого запрета на кремацию. Более того, мы находим в Библии примеры, когда тела усопших были сожжены, и это не считалось грехом, а напротив, описывалось как проявление уважения — как в случае с телами царя Саула и его сыновей, погребенных после кремации (1-я Царств 31:11-13). Святые отцы, такие как Марк Минуций Феликс, писали, что христиане «не боятся никакого ущерба при любом способе погребения». Однако в том же веке христиане предпочитали земле, потому что это следовало ветхозаветной традиции: «прах ты и в прах возвратишься» (Бытие 3:19).
В этом, по сути, и есть весь корень вопроса. Но где же здесь непреодолимый канонический барьер? Почему обычай, а не догмат, превратился в железный запрет? И здесь я, как пастырь, обязан призвать вас к честному размышлению: не слишком ли часто мы подменяем живую веру мертвым ритуалом, а заботу о душе — заботой о формальностях? И не слишком ли много места в этой формальности занимают отнюдь не духовные материи? Апостол предупреждал нас: «корень всех зол есть сребролюбие» (1-е Тимофею 6:10). Увы, с горечью приходится признать, что вокруг темы погребения выросла целая индустрия, в которой, по мерзкому выражению, на покойниках делают бизнес.
Это не пустые слова и не злословие. Мы с вами не раз становились свидетелями того, как в минуты тяжелейшей скорби и утраты к убитым горем родственникам подходят «дельцы от веры» и называют цену за самое святое — за молитву об упокоении души. История знает страшные примеры так называемой «отпевальной мафии», когда группы священников при силовой поддержке монополизировали эту сферу в крупных городах, выбивая деньги из горюющих людей. Ежемесячная выручка таких «цехов» исчислялась сотнями тысяч рублей, а общая сумма доходила до десятков миллионов. Священники торговали таинством, превращая молитву в платную услугу. Спрос на кремацию для них — это прямая угроза их барышу. Если массово сжигать тела, то не нужны огромные кладбища, которые требуют постоянного ухода, не нужен бесконечный поток «заказных» молебнов и псалтырей на полгода вперед.
Братья и Сёстры, разве так должна выглядеть забота Церкви о своей пастве? Разве Христос, изгнавший торговцев из храма, учил нас выставлять ценник на свое присутствие у смертного одра? Все это — сущий торг, который не имеет ничего общего с Евангелием. Запрет на кремацию оказывается выгоден тем, кто кормится от похоронного ритуала. Если вынести за скобки дорогостоящий обряд погребения с кучей дополнительных услуг, заказами земли, памятников, оград, постоянными поминовениями, то церковная касса, увы, начнет пустеть. Проще запугать пасомого геенной огненной за сожженное тело, чем честно признать, что Господь смотрит на душу, а не на химическое состояние бренных останков. Мне горько говорить это, но истина, которой нас учил Христос, дороже ложного мира. Церковь не должна уподобляться языческому капищу, где жрецы торгуют разрешениями на вход в загробный мир.
Но в этой проповеди я призываю вас не к расколу и не к хуле на Церковь, но к возвращению к духу, а не букве закона. Если вы всей душой и по убеждению хотите, чтобы ваше тело было предано земле в смирении и уповании на воскресение — это благое и древнее желание. Если же вы понимаете, что в современных условиях кремация зачастую более гигиенична, экологична и, что немаловажно, честна перед будущими поколениями, ибо не отравляет почву продуктами разложения на десятилетия, — то и это не должно быть камнем преткновения. Строить что-либо на старых кладбищах запрещено по санитарным нормам десятилетиями — это не Божий закон, а медицинский факт. Господь в день Суда призовет нас не из могилы, не из урны, но из состояния смерти в жизнь вечную.
В заключение, Братья и Сёстры, призову вас: ХРАНИТЕ ВЕРУ ЧИСТУЮ, не омраченную суевериями и корыстью. Пусть каждый из вас, задумываясь о своем последнем земном пристанище, руководствуется не страхом перед карами земными или небесными, а любовью к Богу и ближним. Истинное христианство — это не боязнь пепла, а надежда на Воскресение. Истинная молитва об усопшем — это не магический заговор, оплаченный по прейскуранту, а искреннее воздыхание души. Будем же помнить слова Спасителя: «Верующий в Меня, если и умрет, оживет» (Иоанна 11:25). Эта победа над смертью уже совершена на Голгофе, и никакой человеческий способ обращения с телом не в силах ее отменить. Не дадим же обмануть себя тем, кто наживается на чужом горе, но сохраним разумение и мир в сердцах, уповая единственно на милость Божию.
Аминь!
